На главную Обратная связь
Республиканское государственно-общественное объединение
"Белорусское добровольное пожарное общество"
Главная» Новости

Из истории 18.06.2019

Летопись пожарных несчастий 1905 года открылась 28 февраля.  Около 5 часов вечера произошел пожар на фабрике купца Меера по Раковской улице. Начавшись после ухода рабочих, пожар принял большие размеры и охватил все двухэтажное здание, где были размещены складочные, линовальные и переплетенные помещения, склады бумаги. Зарево поднялось так высоко, что было видно во всем городе. Пожарные городской и вольной пожарных команд потушили пожар к 9 часам, но пришлось в сильный мороз, до утра заливать водой пепелище. Огонь уничтожил документы конторы и фабричные машины. Сгорело много бумаги в складах. Сгоревшее здание, склады и машины были застрахованы в 37600 р., убытку же понесено на 70 тыс. р. На линовальной фабрике работало 50 человек, оставшихся таким образом без работы.

 

15 марта охотники Общества принимали участие в охране на съезде городских избирателей на выборах в Государственную Думу. По просьбе Городского Головы, к 8 часам утра были командированы 3 смены охотников в здание Коммерческого училища, где происходили выборы, и там охрана порядка внутри здания была возложена исключительно на охотников.

Виде предполагаемого разлива р.Свислочь, затопления берегов и окружающих улиц, городская управа обратилась к ВПО с просьбой об оказании помощи жителям города при наводнении. Начальник команды Матвеев сделал по этому поводу соответствующие распоряжения, причем просил управу распорядиться, в случае угрожающего подъема воды, вывесить на каланче сигнал: днем – красный флаг, а ночью – красный фонарь.

29 апреля произошел крупный пожар в Татарской слободе.

Около 11 часов вечера в северо-западной стороне показалось огромное зарево, осветившее значительную часть города. Дежурный на каланче дал пожарным командам неправильное указание на Ново-Красивую улицу и те направились туда. Между тем оказалось, что пожар происходит на Татарских улицах и пожарным командам пришлось сделать большой крюк по узеньким, крутым и гористым переулкам, чтобы очутиться на месте пожара. Когда прибыли пожарные, уже несколько дворов было объято пламенем. Старые деревянные дома, сараи с соломенными крышами – все представляло благоприятные условия для быстрого распространения огня. Условия же тушения были крайне невыгодные. За водой приходилось ездить чуть ли не на Нижний базар. Охотники ВПО самоотверженно боролись с огнем до 4 часов утра. Если бы не тихая погода и не дружная работа команд жертвою пожара сделалась бы вся Татарская слобода. Следует вспомнить, что пожар 1881 года, уничтоживший 20 кварталов города начался здесь же и примерно при таких же условиях.

Первым загорелся сарай домовладелицы Софии Конорецкой по Замечетному переулку. Огонь, по словам очевидцев, возник снаружи, что не составляет сомнения в поджоге. С сарая огонь быстро перебросился на жилую постройку Конорецкой, а затем на дом Хасана Шулькевича, у которого также сгорел дом и все надворные строения. Помимо этих дворов сгорело 3 дома с холодными строениями Самуила Шулькевича, дом и 2 сарая Пикира Конопацкого. Разорены дома наследников Глебицкого и Дрейзена. В огне погибло все имущество пострадавших.

30 мая 1905 года Минским губернатором назначен Курлов.

6 июня в пожарном депо на Романовской улице состоялось общее собрание членов пожарного общества, на котором планировалось: утверждение отчета за истекший 1904 год; выборы состава правления и должностных лиц на очередное 3-летие и рассмотрение текущих дел.

Из числа текущих дел общим собранием решено было удовлетворить ходатайство бранд-мейстера городской команды Сайковского о передаче насоса №4 обоза Общества в городскую команду, а также об открытии на имеющиеся вакансии приема ли, желающих поступить в МВПО в качестве охотников.

 

На протяжении всего 1905 года в городе не прекращались забастовки, стачки, буйства солдат, ожидающих отправки на фронт, черносотенские погромы. Поджоги и мародерство стали ежедневным явлением жизни города. Исключительные события происходящего не позволили впервые за время деятельности МВПО провести ежегодное празднование 6 августа годовщины существования Общества.

Отложенное празднование 29 годовщины МВПО состоялось 14 сентября. В 12 часов дня охотники в парадной форме и в касках выстроились на плацу пожарного депо.

По традиции был зачитан приказ начальника охотников № 9 от 13.09.1905 года:

«Сим объявляю по команде, что Совет Императорского Российского Пожарного Общества, состоящего под августейшим Председательством Его Императорского Высочества Великого Князя Владимира Алексеевича 15 июля сего года за № 17 сообщает, что Его Императорское Высочество утвердил представление Совета о пожаловании по Минскому пожарному обществу нагрудных знаков и похвальных отзывов ниже поименованным членам его. Серебряный знак: бывшему начальнику команды Николаю Матвееву и члену правления Антону Лурье; бронзовый знак: члену ревизионной комиссии Шиману Коварскому и Викентию Лиходзьевскому, помощнику начальника отряда трудников Абраму Дайновскому, члену общества Мартину Брежицкому, фельдшеру общества Арону Бельнику, вахмистру Браниславу Петровскому, охотникам С.Тонису, И.Токарскому, Л. Кучелю, А.Лимановскому, А.Михалевичу, Н.Серафимовичу, К.Граневичу, Э.Лимановскому, Б.Залину. Похвальный отзыв: охотникам И.Лебедко, С.Коплану, И.Коплану, Ш.Бейцу, Я.Левитте, М.Фейнбергу, Г.Фалевичу, М.Морозу, М.Рубинштейну, Л.Хайтену, А.Шапиро, И.Климановскому».

 Учитывая сложную обстановку в городе, гуляний не проводилось. По окончании скромной церемонии отряд охотников в сопровождении оркестра, согласно принятого обычая, перенес знамя общества на квартиру начальника охотников для хранения.

Последующие события еще более усугубляли и без того безрадостную обстановку в городе. 22 сентября охотники во главе с начальником отряда Глинка прибыли на вокзал Либаво-Роменской железной дороги, где присутствовали при служении панихиды у гроба Порт-Артурского героя генерала Кондратенко. 18 октября – стал черным днем из-за Курловского расстрела, когда по неполным данным погибло 80 и было ранено 300 человек.

3 ноября состоялось частное заседание охотников МВПО. Дружина разбирала вопрос об отношении к защите городского населения от погромов и бесчинств. Охотники порешили, что так как они призваны защищать население от пожаров – то они должны защищать его также от погромов, которые являются не меньшим стихийным бедствием. Поэтому охотники постановили просить своего вновь избранного начальника П.В.Глинку об оказании содействия в надлежащем вооружении. Кроме того, они решили в случае погрома являться в полной форме и в сопровождении пожарного обоза, чтобы обливать водой толпу громил. Однако это намеренье было отклонено начальником охотников, посчитавшим, что подобная акция может быть отнесена к политическим, в чем охотники ни коим образом не участвовали.

 

Год 1905 в материальном отношении прошел сравнительно удачно, хотя сумма членских взносов снизилась почти наполовину и составляла чуть более 500 рублей, но, учитывая, что это было трудное время для всей России, что не могло не повлиять на деятельность добровольцев и на приток к ним денежных средств. Приход в 1905 составил 10761 р. 56 к., расход – 9324 р. 26 к. Тем не менее, состояние кассы МВПО не позволило осуществить важнейшую задачу Общества – возобновить действие 2-го отделения при Брестском вокзале. Вследствие прекращения приема, всего в обществе состояло 142 члена, в том числе 12 должностных лиц, 67 охотников в отряде лазальщиков и 63 –  в отряде трубников.

Главное управление по делам местного хозяйства сообщило 10 ноября через губернатора городскому управлению, что его ходатайство о передаче городской пожарной команды из ведения полиции в ведение города может иметь место лишь в случае увеличения ее состава до 48 человек. 15 ноября на заседании Городской думы принимается решение об увеличении штата городской пожарной команды на 8 человек, но так как в текущем году на это не было сметных ассигнований, то вопрос реорганизации ГПК был внесен в смету расходов 1906 года.

25 ноября в Городскую Думу подана петиция служителей городской команды, в которой городу предъявлены следующие требования:

«1. Жалование состоящим в службе с 1 января 1906 г. установить 15 рублей в месяц, а поступающим – 13 р.

2. Выдавать единовременные пособия оставляющим службу: за 5 лет – 100 р., 10 лет – 200 р., за 15 лет – пенсию в половинном размере получаемого годичного жалования, за 25 лет – полный годовой оклад.

3. Наградные 2 раза в год по 10 р.

4. Страховка жизни служащих на случай инвалидности – 2000 р., в случае смерти – выдача семье 1000 р., временной нетрудоспособности к труду – рубль в сутки на лечение, пособие на погребение членам семьи.

5. В случае лечения в больнице плата за лечение не производится.

6. Выдача одежды: по полушубку – на 3 года, теплой шапке на 2 года и за сапоги 10 р.

7. Отдельное помещение каждому семейному служащему или выдача 6 р. в месяц на наем квартиры. Гигиеническое содержание казармы для холостых.

8. Освещение квартир принять за счет города.

9. Чтобы на пожарном дворе был фельдшер для подачи первой помощи. Отпуск лекарств.

10. Отпуск раз в году на 15 дней каждому.

11. Освобождение служащих от городских работ, увеличение числа служащих на 8, а в случае выполнения городских работ на 18 человек.

12. Установить дежурства по 6 часов по команде».

 

Вместе с тем, служащие пожарной команды указывали, что из 37 человек 6 заняты на частных работах: на разъездах полицмейстера – 2; для чинов полиции – 1; при губернаторе – 1; в детском приюте – 1, при телефоне – 1; и другое. Далее 3 дневальных на каланчу, 3 дневальных у ворот, 2 при лошадях, а всего ежедневно бывают заняты 14 человек. Из оставшихся 24 служителей, 2 отряжаются на уборку конюшен, а часть в 5-7 человек снаряжаются на очистку городских площадей и улиц.

Таким образом, помимо обязанностей пожарных из 37 служителей, 24 занято на частных работах, увеличивающихся зимой сбрасыванием снега с дома губернатора, городской управы, детского приюта и другое. После частой тяжелой работы, пожарные не могут энергично работать на пожарах и подвергаются наказаниям со стороны брандмейстера – пощечинам, ударам нагайкой, штрафам и даже крестам.

Данная петиция четко показывала, что реальная помощь жителям Минска при тушении пожаров оказывалась в преобладающей степени охотниками МВПО. И их большая заслуга состояла в том, что при существующем тогда состоянии большинства домов и «нравах» минских домовладельцев пожары не происходили сотнями. За 1-е пятилетие ХХ века в городе произошло 310 пожаров, было уничтожено 450 дворов, убыток превысил миллион рублей.

В 1906 году охотникам в очередной раз представилась возможность доказать, что они не только в борьбе с огнем всегда готовы нести свою геройскую службу, но и во время других стихийных бедствий население города всегда может ожидать помощи от пожарного общества. Внезапный паводок 23-24 февраля 1906 года приобрел бедственные размеры. За несколько часов затопленными оказались кварталы в улицах Садовая, Захарьевская, Крещенская, Торговая. Потоком сносило дома, почти полностью снесло Плебанскую плотину и мост.

 

Справедливо оценивая масштабы постигшего Минск стихийного бедствия и героическую работу охотников по снижению тяжелых последствий, начальником охотников был подписан следующий приказ:

                           

                            ПРИКАЗ № 4

         Начальника охотников от 25.02.1906 г.

 

23 февраля к полудню вода в реке Свислочь начала подниматься и больший чем обыкновенно весенний разлив стал угрожать разрушением мостам и затоплению низменным местностям города.

На каланче был вывешен флаг. При личном осмотре мостов, мною было сделано распоряжение о вызовах охотников, и распределением на каждого из них соответствующих нужд. Часам к трем у Захарьевского моста образовался значительный затор льда и потребовалось направить главные усилия к пропуску его в этом месте, в сем принимали участие охотники и служители команды. К 9 часам вся эта работа была уже закончена. О прибыли воды следил в дальнейшем флаг-юнкер Бржезицкий и сообщал мне по телефону, а вахмистр Петровский, по моему распоряжению объехал местность, которой угрожала опасность. Во втором часу ночи я выехал со служителями команды на Садовую улицу, куда к тому времени прибыла городская пожарная команда. К этому времени вода уже успела затопить почти всю Садовую и Захарьевскую от Садовой улицы до моста, причем на мост проехать не представлялось возможности с Захарьевской, так как деревянный тротуар, подмытый водой, лег поперек улицы. Городская команда с брандмейстером, отправилась вкруговую по Веселой улице на Захарьевский мост для разборки образовавшегося затора в воде из льдин и леса от снесенного Плебанского моста, а я с Бржезицким, служителями МВПО и некоторыми из служителей городской пожарной команды, предприняли меры к спасанию жителей, частью на лошадях, частью на лодке, особенно из домов, находящихся во дворах Садовой улицы, где вода местами доходила до высоты более двух аршин.

Особую опасность и затруднение представляло проникнуть в дома по набережной у Плебанской мельницы, где лошадям приходилось почти плыть. Спасенные жители, среди которых находились больные старики и дети, были отвезли в гостиницы, и частью размещены в ближайших незатопленных домах.

В эту же ночь охотники Коцевич, Онифатер 1 и Онифатер 2 принимали меры к спасению людей по другую сторону Полицейского моста у Широкой улицы.

С наступлением утра это дело продолжали явившиеся охотники, причем в некоторых случаях приходилось пострадавших извлекать из-под крыш, так как они приютились на чердаках.

Под вечер 24.02, когда в распоряжении оказалась лодка, более или менее надежная, помощник начальника отряда Пестов и флаг-юнкер Бржезицкий при сильном течении пробирались в отдаленный переулок по набережной у Плебанской мельницы и доставили стариков – женщину и мужчину, которым при дальнейшем подъеме воды угрожала опасность.

Считаю своим долгом отметить и вполне заслуженно поощрить самоотверженную помощь в этом бедствии и как со стороны явившихся и принимавших участие должностных лиц охотников, так и служителей команды.

Вместе с тем считаю нужным указать, что, являясь для помощи жителям при наводнениях, охотники обязательно должны брать с собою необходимую при всех видах помощи веревку и при возможности топоры, ломы и т.п.

                                                     Начальник охотников Глинка 

 

О последствиях данного стихийного бедствия сообщалось в газете «Минский голос»

№ 1665:

                      «Наводнение в Минске»

Вчера утром прибрежные жители наконец-то вздохнули свободнее. Уровень воды к утру значительно понизился. Начав убывать третьего дня около 4 часов, за ночь вода настолько понизилась, что вчера к утру обнажила многие улицы и дворы.

28-го вода стала уходить с большинства затопленных улиц, везде оставляя за собой следы разрушения. Сделался возможным проход через Захарьевский мост, но в Городском парке вода еще покрывает парковые скамейки.

На Немецкой улице у угла Ново-Московской потоком подмыло жилой дом и явилась угроза, что он будет унесен. Благодаря принятым полицией и пожарным энергичным мерам, дом удалось укрепить и отстоять.

На Госпитальной и других улицах при уходе воды были разбросаны подмытые и сковерканные тротуары, почти везде виднеются развороченные заборы, часть которых унесена водой. Со дворов и улиц унесено также много дров, лесных материалов. Внизу по течению реки, на окраинах города жители вылавливали поднятые со дна бочки с солеными огурцами, дрова, доски и пр.

На городской электростанции потоки воды разгромили и уволокли много бочонков из-под нефти. Зато та же неугомонная вода щедро компенсировала станцию. С одного из дворов Захарьевской улицы, с потоком воды стремглав вылетело деревянное здание клозета и потерпев  «аварию» у забора станции и задержалось. Это архитектурное сооружение – два нуля – долго украшало улицу, служа прекрасным объектом для местных фотолюбителей и темой для журналистов, как элемент «хаоса и разрушения».

Вчера с утра и в течение дня жители постепенно возвращались в свои освобожденные водой квартиры. В них все оказывалось вверх дном, развороченным, занесенным илом и грязью; значительная часть обстановки и домашней утвари совершенно испорчены; среди ила найдено много потонувших крыс и мышей, в хлевах и сараях – потонувшая птица и мелкий скот. На Татарской слободе возвращавшиеся в квартиры жители находили на кроватях свободно расположившихся свиней, спасавшихся здесь от воды. В сырых грязных квартирах весь день шла уборка, топились все печи. Но осушить квартиры в один день невозможно. Пройдет, пожалуй, еще неделя, пока эти квартиры обсохнут и станут более сносными в гигиеническом отношении.

Общие убытки от наводнения оказались весьма значительными и в настоящее время регистрируются полицией. Действие водопровода было восстановлено третьего дня к 8 часам вечера, а электричество подали к 2 часам дня».

 

По материалам архива «Музея огня» Минского городского управления МЧС.

 

Вернуться к списку новостей